Как массово сменить язык (локаль) в двуязычных традосовских файлах

Шел 7 день производственной практики у студентов-переводчиков. Ближе к концу оной студенты стали изображать более глубокую заинтересованность в предмете и активнее понесли свои наработки.

Вот, Евгений, мы всей группой подготовили 32 файла. Здесь, на флешке — протянула мне студентка кусочек заветного пластика.

Хорошо, посмотрим, что у вас тут… И как прикажете это проверять?

— А что не так?

— Ну, вы же видите. Я вам Translation Memory с каким английским давал? С британским. А вы мне с каким сейчас файлы принесли? С американским. С точки зрения Традоса — два абсолютно разных языка. Поэтому наработками ваших коллег мы теоретически воспользоваться не можем.

— А практически?

— А практически — в кишки файлов надо лезть.

Итак, тема сегодняшней публикации — массовая смена варианта языка (локали) в двуязычных файлов. Увы, бывает такая пакостная проблемка.

1. Для этой магии нам потребуется скачать сказочно бесплатную программку Notepad++ https://notepad-plus-plus.org/download/v7.5.6.html .

Скачали? Установили? Запустили? Похлопаем себе в ладоши, едем дальше.

2. Открываем в этой программе все закосяченные билингвальные файлы (те самые, которые мне принесли студентки, а вам – нерадивые переводчики), и ищем в этих файлах одну и ту же строчку:

 

 

3. Вот она. Находим и меняем. Если у вас другие локали – я думаю, разберетесь, какую на какую поменять. Разберетесь ведь?


4. Теперь самое сложное.
Нужно ответить на философский вопрос Are you sure?.
Я для себя уже давно всё решил, смело жму ОК.

5.  Заслуженная награда, язык заменился в 32 файлах. Где брать бесплатный SDL Trados Studio – не скажу. Места знать надо 🙂

Удачи Вам в переводческих проектах!

P.S Да. Совсем забыл. Бэкап сделать не забудьте.

С уважением,
Евгений Бартов,
переводчик, копирайтер, маркетолог.

 

 

Пишете? Добавьте страсти.

Писатель прекрасен, если умеет подкатить комок к горлу читателя, выдавить слезу или заставить хохотнуть. Именно умение вкладывать и вызывать нужные эмоции в нужном отличает востребованного писателя от графомана.

Не верите? А вы попробуйте вспомнить самые любимые книги, фильмы или передачи — обязательно окажется, что что-то или кто-то (герой) вас там эмоционально зацепил.

Легко сказать, сложно сделать. Писать эмоционально — задачка посложнее, чем бегемота тащить из болота. И всё же рискну поделиться парой-тройкой наблюдений на эту тему.

Курс молодого бойца

Читателя вовлекают сцены, а не поучения (хотя я тут именно поучениями занимаюсь). И всё же. Сцены нужно продумать настолько детально, чтобы они выглядели достоверно, реалистично (даже если они таковыми не являются). Сцены, диалоги, образы — все это инструменты вовлечения.

— Показывай, а не рассказывай.

Правильное чтиво всегда ПОКАЗЫВАЕТ читателю, что происходит, а НЕ РАССКАЗЫВАЕТ.

Значит, не «Маша расстроилась», а «Её взгляд потух. Маша сглотнула слюну, а в уголках глаз блеснули слёзы».

— Пиши образно.

Использование образов — еще один вариант развития принципа «Показывай, а не рассказывай».

Здесь, получается, вместо «Андрюхино сердце было разбито», пишем более конкретный и лёгкий для восприятия образ «Всё было кончено, её застукали на месте. Андрей помрачнел, у него выступили скулы, но он не проронил ни слова. Просто развернулся и ушел, грохнув дверью».

— Включай диалоги.

Чувства можно выражать и через диалоги, а те в свою очередь могут включать образы. Когда задействованы оба этих инструмента (диалог + образы), читатель как бы становится свидетелем этого диалога и почти физически чувствует и эмоции героев, и обстановку, и напряжение, и конфликт. Он становится частью этого диалога

— Лёша, хватит болтать. Я никуда не пойду, — сказала Катя.

— В смысле не пойдешь? Мы же договаривались.

— Договаривались. Но…. Извини. Мы расстаемся.

Его глаза округлились — «Расстаемся?»

— Да. Не складывается у нас любовь. — Катя потянула к нему руку, потом вздрогнула, одернула себя и испуганно замолчала, в какой-то момент у Лёхи даже мелькнула мысль, что она передумала. Нет, не передумала, уже через мгновение он наблюдал, как отдаляется от него её хрупкая фигурка.

— И это всё? Ты просто возьмешь и уйдешь? — раздраженно бросил ей в спину Лёха. Ответа не было. Она даже не вздрогнула. По мостовой только раздавалось эхо её каблучков.

Рассказать читателю то, что произошло – вообще несложно. Катя расстроилась. Лехе плохо, потому что она ушла от него. Конец истории. Но показать КАК все это происходило через образы, диалоги, да так, чтобы читатель как бы побывал там — сложнее. Такое чтение оставляет след и цепляет читателя на эмоциональном уровне.

Не экономьте эмоции (но все должно быть в меру).

Читатели, которых таким образом вовлекают в повествование, более склонны прочесть и следующую страницу, поделиться с друзьями, читать больше ваших творений. Неважно, какие эмоции вызывает ваш текст, главное, чтобы он вызывал хоть что-то. Читатели почувствуют, что текст полон эмоций и им захочется их пережить.

С уважением,
Евгений Бартов,
переводчик, копирайтер, маркетолог.

 

У семи нянек проект без глазу…

Однажды, изучая джунгли разных систем менеджмента, я наткнулся на японскую, ту самую, которую на Тойоте. Оттуда мне запомнилось важное: чем меньше народу, тем больше в проекте кислороду.

Затем я читал дюже полезную книжку «Клиенты на всю жизнь» про жизнь простого американского автосервиса. Так вот там директор, он же автор книги, озвучил любопытную мысль:

«Контролеры делают людей небрежными. Если вы знаете, что кто-то после вас проверит вашу работу, вы не будете проверять ее сами».

И вот тут меня перещелкнуло: «Автор — гений. Именно в этом, возможно, лежит ключ к сокращению раздутых контролирующих штатов».

Дело в том, что найти редактора на проект — весьма нетривиальная задача.

На рынке уже сложилось так, что работу переводчик и редактор делают почти одинаковую, но редактор получает в 2 раза меньше за то, что его работа вроде как в 2 раза легче и делает он ее в 2 раза быстрее. Это в теории. По факту — всё как раз наоборот.

Переводчики как обычные люди со своими слабостями, знают, что их будет страховать редактор, а потому забивают на всё — пропускают запятые, небрежничают со стилем, не перепроверяют смыслы. Оно и понятно — зачем напрягаться то? Денег больше не заплатят, да и редактору шибко круто будет — пусть правит и свой хлеб отрабатывает.

Редактор, в свою очередь, получая такой шедевр в работу, тоже землю носом не роет. У него своя логика — если переводчик схалтурил, то зачем мне напрягаться? Я лучше пожалуюсь, что переводчик сам дурак, и пусть в бюро делают выводы, раз у них такое качество в порядке вещей.

Крайними остаются контролеры — те люди, которые принимают работу у переводчика и у редактора. У них работа между молотом и наковальней. С одной стороны, они обязаны принять работу у переводчика или редактора, с другой стороны, если тут два таких потенциальных халтурщика вырисовываются, как у них принимать работу? Вроде бы логично возвращать на доработку, но дык — дедлайн уже с косой и у порога. От почетных обязанностей контролера все в команде шарахались как чёрт от ладана, зная, что злой Карабас-барабас и Бармалей в одном лице (да-да, это я) за косячные проекты будет очень агрессивно штрафовать и громко ругаться, возможно, матом.

В общем, убрали мы контролеров, и знаете что? 4 месяца — полёт нормальный.

Теперь есть проекты, на которых работает только переводчик, есть те, где переводчик и редактор работают в связке. А контролеров нету ни там, ни там.

И получаются такие вещи:

1. Переводчики, зная, что работать будут без страховки и что спихнуть свои косяки будет не на кого — ГОРАЗДО ответственнее подходят к проверке перевода.

2. Поскольку контролер выпадает из процесса, его гонорар себе забирает переводчик, за дополнительные хлопоты (гонорары переводчиков подросли где-то на 25-30%).

3. Переводчик работает медленнее, но если считать время, которое раньше вместе тратили переводчик с редактором, то переводчик в итоге все равно работает быстрее.

4. Проект-менеджер не отвлекается на переброску проекта от переводчика к контролеру или редактору.

5. Контролер, будучи, по сути, очень сильным переводчиком, наконец-то, занялся тем, чем ему нравится заниматься — переводом, за который отвечает он и только он.

6. Количество фидбэков сократилось. Объем работы руководителя отдела контроля качества тоже.

Безусловно, эта схема годится не на всех проектах — например, ответственные юридические переводы нужно вычитывать в 2, а то и 3 пары глаз, но, например, на маркетинговых — она себя проявила прекрасно (там часто бывает так, что редактировать за переводчиком — только портить).

И, вот уж не знаю, к счастью или к сожалению, но эта схема, по словам Елены Ярошенко (https://www.facebook.com/elenaiaro), активно применяется в самых разных областях в Европе (Елена рассказывала, что телефонисты в Италии ходят на заказы без старшего — они сами вполне способны проконтролировать свою работу, особенно, если это вознаграждается).

Полагаю, эта схема жизнеспособна не только у телефонистов, переводчиков или автомехаников.

С уважением,
Евгений Бартов,
переводчик, копирайтер, маркетолог.

Между APRANET и Интернетом: киклады, цикады, катенет

Этот сюжет случился внезапно. Я переводил очередной кусок Ciscoвской документации, глаз зацепился за слово datagram, я решил копнуть предысторию термина, наткнулся на странный термин Сatenet и меня понесло… 

МЕЖДУНАРОДНАЯ ОБСТАНОВКА

В 1962 году Америка и Советский Союз неожиданно решили проверить у кого в тестикулах тверже металл и в мире сильно запахло жареным — наступил Кубинский кризис. Вашингтону и Москве пришлось усиленно рисовать «пожарные планы» на разные случаи и без того неспокойной жизни. Вашингтон внезапно для себя обнаружил, что они не могут на 200% гарантировать, что нужные люди в нужный момент смогут «дотянуться» до «красной кнопки».

Поскольку жить очень хочется — то Пентагон счел это хорошей предпосылкой (помимо прочих) для начала разработки своей сети.

ОФИЦИАЛЬНАЯ АМЕРИКАНСКАЯ ЛЕТОПИСЬ

Когда я изучал историю создания Интернета, я с удивлением для себя обнаружил, что почти везде история пишется под копирку, ну, типа такого:

«Однажды, в середине 60-х, ребята из Пентагона задумали сделать сеть, которой будет не страшна даже ядерная война. Сеть назвали ARPA, работала она по принципу коммутации каналов.

Коммутация каналов — это примерно так: «Алло, девушка? Соедините меня со Смольным… Как нет связи? … Что? … Какая-то #$#@# кусок провода свистнула на цветмет? … И что, теперь связи нет? А по другим каналам никак?… Ага, понял… А когда теперь? Завтра? Ну хорошо, попробую прозвониться завтра».

Само собой, военных такая связь никак устроить не могла, поэтому они начали искать варианты.

Вызвался один умелец — Пол Бэран (Paul Baran, компания RAND) — и набросал им схемку, по которой, если где-то образовался обрыв связи, то система должна сама находить «объездные» пути для переданной информации. «Хм, это интересно» сказали ребята из Пентагона и пошли со схемкой к единственным на их районе телефонистам (AT&T).

Телефонисты ответили быстро — ваш план фигня, а мы фигней не занимаемся. Тогда Пентагон кинул клич в народ — кто сможет решить эту задачу, тот получит от нас сладкую-сладкую конфету.

Не сказать, что сразу пошел вал предложений, но время от времени проскакивали. В итоге было выбрано только одно из них, где автор предложения предлагал на каждый комп ставить свой маршрутизатор. В общем, мутноватый вариант, «на безрыбье».

С этой темой и тяжелым сердцем в 1967 году пентагонцы пошли на научный симпозиум и.. — офигеть! услышали там, что ушлые британцы (под руководством Дональда Дэвиса (Donald Davis)) уже что-то подобное смастерили в пределах одного отдельно взятого британского института и вовсю обкатывают.

Пентагонские ребята были беспредельно счастливы — решение было найдено. Через некоторое время они сделали такую же систему в США, назвали ее ARPANET. Дальше всё пошло как по маслу, и на этом масле ARPANET в итоге дорос до INTERNET.

По всем параметрам получалось, что англосаксы — бритиши + американцы — молодцы, потому что придумали такую офигенную штуку и подарили ее миру».

СОМНЕНИЯ

Еще недавно я был уверен, что всё было именно так, пока мне в переводе не попалось странное слово CATENET, которому — как уверяют европейские эксперты — чуть-чуть не хватило авторитета, чтобы войти в историю ВМЕСТО Интернета. Но почему же ни в одном популярном учебнике по истории телекоммуникаций об этом не говорится? Как получилось так, что по факту, наш нынешний Интернет построен на технологиях CATENET/CYCLADES (дейтаграммы, адресация), но при этом официальная история Интернета эти имена старается не упоминать всуе? Я на всякий случай даже спросил нескольких сетевиков — слышали ли они про эти термины? Нет, в вузовской программе им про этих чудо-зверей не рассказывали.

Пойдем по порядку.

ОБСТАНОВКА ВО ФРАНЦИИ

В середине 60-х Париж уже начал явственно ощущать, что пора завязывать «жевать сопли» — Америка начала уходить в технологическом плане в отрыв. Американцы начали откровенно хамить даже на территории самой Франции — в 1964 году американская General Electric всосала в себя крупнейшего французского производителя компьютеров Bull, а затем показали французам фигу на их просьбу поставлять им тогдашние супер-ЭВМ (Франция, во избежание разных «типа-карибских» недоразумений, тоже захотела свою ядрёную бомбу и компьютеры нужны были для совместной научной работы и расчётов).

В 1966 году Шарль де Голль объявил программу компьютерного импортозамещения, чтобы не зависеть от американцев. Был взят курс на компьютеризацию всей страны.

ЛУИ ПУЗЕН

В 1950 году 19-летний Луи закончил Высшую политехническую школу в Палезо (Франция) и пошел работать в телефонную компанию. Как-то раз на одной технической выставке он увидел прелюбопытнейшую по тем временам вещь — электронный калькулятор. Штуковина ему понравилась и Луи стал интересоваться ИТ. Он уволился из телефонной компании и устроился в вышеупомянутую фирму Bull.

Луи вспоминает: «Начинал свою работу я на считывателях перфокарт и перфолент, и на первых ЭВМ… Вскоре я понял, что если я не осилю английский, то мне в этом бизнесе делать будет нечего. Мой шеф со мной согласился и откомандировал меня в США, в Массачусетский технологический институт. Там я выучил английский, узнал, как программировать супер-ЭВМ и даже начал экспериментировать — я изобрел командную оболочку с дружественным интерфейсом (shell)». (т.е. термин shell был изобретен в 1963-1964 годах французом Луи Пузеном, а не американцами — http://multicians.org/shell.html)

СНОБИЗМ

По возвращении из США Луи продолжил работать айтишником, но уже в других конторах (автомобилестроение и метеорология).

«В начале 70-х мне позвонили мои бывшие коллеги и сказали, что правительство хочет сделать свою сеть во Франции. В США с 1968 года уже работал Arpanet, поэтому Франция отправила посмотреть на это чудо ученых в США. Возвратившись домой они сказали — технология нужная, надо делать. А в 1971 году меня уже самого вызвали, чтобы разработать экспериментальную французскую сеть на государственные деньги. Я был в восторге. Для меня это было абсолютно новая тема и я снова поехал в Америку, чтобы понять, как и что там работает…. В то же время PTT — национальная телефонная компания — тоже начала продумывать свою собственную сеть, но какого-то конкретного плана у них еще не было».

«Я объехал все США, чтобы посмотреть, как построен ARPANET. Меня познакомили с ведущими разработчиками, с некоторыми из них я был уже знаком. Вообще, до поездки я уже прочитал документацию про ARPANET, но мне она показалась несколько непонятной — я не мог понять, как это все выглядело вживую. Съездив в США я вник в то, как они начинали, как всё организовали, какие были поставлены цели и какие возникали проблемы. Они объяснили мне все свои слабые места и недоделки. Мы начали обсуждать, как решить эти проблемы.
Тогда они поняли, что я планирую сделать свою сеть, но отнеслись к этому скептически. Им казалось, что такую сложную систему как Arpanet можно сделать только в такой стране как США — с деньгами, опытом и т.п. ».

В общем, Луи вернулся из США во Францию, собрал надежных ребят, заручился поддержкой международных компьютерных сообществ и начал работать. Проект запустили в 1972 г. и назвали CYCLADES (по названию греческого архипелага Киклады)

ARPANET против CYCLADES

Представьте себе, что вам надо отксерить передать знакомому через Почту России копию «Войны и мира». Вы открываете книгу, начинаете ксерить страничку за страничкой, секретарша время от времени заходит к вам в кабинет, забирает очередную наксеренную пачку листов, и фасует их по конвертикам, потом идёт на почту и отправляет пачку писем. Друг получает письма вперемежку, в разное время, но он без проблем восстанавливает всю книгу по номерам страниц и в итоге получает заветную книжицу.

Если упрощенно, то современные сети работают примерно так же — данные разбиваются на пакеты (дейтаграммы) и они улетают в сеть, каждый пакет может дойти до адресата в разное время, разными маршрутами и в разном порядке, но компьютер все равно их выстраивает в правильном порядке и если какой-то пакет потерялся или испортился, то адресат просит отправителя отправить ему этот пакет повторно.

ARPANET же была разработана таким образом, чтобы компьютеры в сети отправляли и получали пакеты строго по порядку. «Я сказал», — вспоминает Луи — «что мы будем строить такую сеть с коммутацией пакетов, которую можно будет связывать с другими сетями. Мы будем исходить из того, что в будущем у телефонных компаний не будет монополии, в каждой стране будет куча разных сетей и операторов, и что эти сети будут ненадежны»

«Если сети связаны между собой, то с кого спрашивать, если будут проблемы? Каждый будет отнекиваться, типа проблема на вашей стороне, у меня все ОК. И мы начали разрабатывать такой протокол — набор правил, который даст возможность программам обмениваться информацией друг с другом. Это значит, что одна сторона посылает данные, другая получает их, затем протокол проверяет эти данные на полноту и целостность, и сигнализирует — все ОК, продолжай засылать. Сегодняшний Интернет немыслим без этого — система хоть и построена из ненадежных компонентов, но в итоге работает надежно».

«На разработку дейтаграм меня вдохновило два момента. Первый — разработки Дональда Дейвиса (прим: тот самый шустрый британец). У него уже как был макет сети на базе дейтаграмм, и хотя он пока еще ни одной сети не построил, его идеи мне показались технически реализуемыми. А второй момент — я люблю, чтобы все было просто. Мне показалось, что нет технического смысла разбивать этот end-to-end протокол на два уровня, и что всё можно будет уложить в один уровень.

Все эти принципы были реализованы в CYCLADES, а подсети, из которых она состояла, назывались cygales (цикады). У термина «цикада» своя история — разработчики поставили на каждый компьютер спикер и когда приходил пакет, спикер «цыкал» как цикада.

Мне попался на глаза доклад Луи за 1973 год по концепции Cyclades (http://www.rogerdmoore.ca/PS/CYCLB.html). Там помимо прочего, есть очень любопытный раздел про адресацию внутри этой сети.

Цитата из доклада: <Формат адреса будет следующий: тип сети (3 бита), регион (5 бит), провайдер (8 бит). Но поскольку для Cyclades не требуется такое большое адресное пространство, часть бит можно зарезервировать для будущего использования, и оставить только регион (4 бита) и провайдера (4 бита)>.

Ничего не напоминает? Я лично в этом увидел прототип будущего IP-адреса с делением на зоны и классы подсетей.

Продолжая эту идею, в 1978 году Луи публикует еще один доклад, где описывает концепцию Catenet, очень похожую на нынешний Интернет.

У французов были и другие интересные идеи, на основе которых были сформулированы протоколы TCP и IP, вы их легко найдете по ссылке выше.

Как бы то ни было, сейчас американцы не очень любят вспоминать о том, что добрую долю идей этих протоколов они взяли из CYCLADES, а также о том, что в 1972 году от APRANET даже приехала делегация во Францию, перенимать опыт (http://zymigroup.com/artigos/o-que-ou-quem-te-inspira.html).

Позже, в 1974 г. участники этой делегации, Винтон Серф и Роберт Кан опубликовали статью с описанием протокола для коммутации пакетов (https://www.cs.princeton.edu/…/fal…/cos561/papers/cerf74.pdf), где Пузен и его сеть упомянуты только в библиографии, среди прочих.

ВОТ И СКАЗКЕ КОНЕЦ

Закончилось все печально. До 1974 года Cyclades считалась перспективным государственным проектом и всячески поддерживалась правительством Франции. Затем к власти пришел другой президент — Жискар д’Эстен, советниками по технической части у которого были люди от телефонной компании-монополиста PTT, которая реализовывала свою телекоммуникационную сеть и которой, естественно, не нравилась бурная самодеятельность Луи. Проекту Луи стали перекрывать кислород и в итоге к 1981 году «бобик сдох».

Сейчас месье Пузен работает директором по проектам в EUROLINC — организации, которая продвигает идею использования национальных алфавитов и языков в Интернете. В 2003 году он получил от правительства Франции орден Кавалера Почетного легиона, в 2012 году попал в Зал славы Интернета, а в 2013 году его наградила лично королева Елизавета II за достижения в области инженерного дела.

В общем на данный момент заслуги Луи отметили все причастные… кроме американцев… 🙂

P.S. Я прошу прощения за допущенные технические вольности и неточности. Я все-таки переводчик (читай: гуманитарий), а не инженер :).

P.S.S. Кстати, Луи Пузен (Louis Pouzin) еще жив, во всяком случае я нашел его в Facebook (https://www.facebook.com/pages/%D0%9F%D1%83%D0%B7%D0%B5%D0%BD-%D0%9B%D1%83%D0%B8/232840863542212?fref=mentions&rf=143529988996784)

С уважнием,
Евгений Бартов,
переводчик, копирайтер, маркетолог.

Как работали древнерусские бюро переводов

— Здравствуйте, Вы немецко-русский переводчик? 
— Да. 
— У нас есть небольшой проект на перевод, деловая переписка, ок. 10 страниц. Возьметесь? 
— Да, я бы посмотрела. Привозите мне текст по адресу 1-я Владимировская …, кв. … . Если всё хорошо, я вам рукопись через пару дней отдам.

Когда мы только-только делали свое бюро переводов в Москве, такие ситуации вызывали у нас хохот — 21 век на дворе, а эти динозавры рукописями до сих пор оперируют.

Но недавно прочитанная книга (Игорь Ефимов, «Новгородский толмач») заставила меня задуматься о хлопотах, с которыми сталкивались руководители бюро переводов (тогда бюро величали как «грамотные избы», «книгописные мастерские», «скриптории») в конце эдак скажем XV-го века (за полвека до начала царствования Ивана Грозного).

———————

ПИСЧИЙ МАТЕРИАЛ

Итак, основной писчий материал для важных книг и документов в то время был пергамент (это не тот пергамент, в который сейчас заворачивают маргарин и селедку в магазинах).
Для того, чтобы понять, сколько может стоить ОДИН (!!!) лист пергамента, расскажу рецепт его приготовления своими руками (общая продолжительность процесса – месяц):

1. Взять одного молодого барашка или теленка (не более 6 недель от роду), содрать с них кожу.
2. Положить в проточную воду, размачивать 6 дней.
3. Зачистить подкожную часть шкуры скребком.
4. Положить кожу в сырую яму, чтобы кожа начала гнить. Посыпать известью в течение 2-3 недель.
5. Ободрать разрыхлившуюся шерсть.
6. Заложить голую кожу овсяными или пшеничными отрубями, пока не уйдет лишняя известь.
7. Обработать кожу дубильными экстрактами, после высыхания кожа должна стать мягкой.
8. Пересыпать кожу мелом, отполировать пемзой.

 

Да, ещё были восковые таблички, береста, льняная бумага (которая была дешевле по материалам, но долго готовилась и быстро сгнивала). Очевидно, что при таком раскладе учить людей грамоте было несколько проблематично, т.к. выходило долго, дорого и геморно. Добавим сюда неудобства для учителей по исправлению ошибок, по постоянному повторению пройденного и отработке навыков письма – и мы видим, что всеобщая безграмотность населения на Руси — неизбежное следствие дефицита писчего материала.

14595774_1183649918381460_5801831774470407996_n

СИТУАЦИЯ НА РЫНКЕ

Вспомним известный мем — «НЕЛЬЗЯ ПРОСТО ТАК ВЗЯТЬ И…» открыть свое бюро переводов в 15-м веке.

Первый момент — с кадрами, как я уже обрисовал выше, полный абзац.

Второй момент — в Московии, которая хапала и хапала себе новые территории, переводческо-книгописный бизнес был в основном бизнесом церковным. Полезешь в их тему, одна правильная челобитная или клевета на ушко великому князю, и всё — ты вероотступник, добро пожаловать в темницу, на дыбу или на плаху. Возможности сделать свой толмачово-книгописный бизнес на тот момент еще сохранялись в Новгороде и Пскове, там можно было переводить и переписывать книги под заказ или на продажу. Конечно, церковь там тоже имела свои «грамотные избы», но на монополию не претендовала.

Третий момент — денежка. Пойдешь к купцу или какому-другому частному лицу занимать деньги — могут отжать бизнес, когда ты будешь «на подъёме». Относительно честно деньги можно было занять у церкви, она часто ссужала крестьянам деньги под проценты — но давать кредит на то, чтобы поднять бизнесмена, который будет выдергивать клиентов у церкви? Неее.. в церкви уже тогда неплохо умели считать деньги и просчитывать последствия.

Четвертый момент — книгопечатание. Иван Гутенберг, будь он неладен, сделал к тому времени печатную машину. Переписчики-толмачи прекрасно понимали, что эта машина рано или поздно начнет отнимать у них переписочные деньги (помните английских луддитов)? Воду на эту мельницу некоторое время лила и церковь, говоря что печатные книги созданы дьявольской машиной, а рукописные — они от чистой души рабов божьих (т.е. писцов). Может нам сейчас также про машинный перевод начать говорить? 

Пятый момент — ни в коем случае не связываться с религиозными текстами, там за переводческую ошибку можно нехило огрести. Максим Грек, известный переводчик священных текстов, решил перевести часть из них не дословно, а по смыслу. В итоге — одно неверное движение и несуществующая в русском языке греческая временная форма (аориста — бесконечное время) легким движением руки была переведена в совершенную форму. Дальше обвинение в отрицании вечности Божьего бытия и 25 лет церковной колонии. Хотя… В Европе переводчику Этьену Доле повезло еще меньше — за подобную грамматическую ошибку он закончил свои дни на костре.

14713718_1183649945048124_7257777637942038949_n

ТИПОВОЙ ПРОЕКТ

А теперь на этой оптимистической ноте навскидку прикинем, что нужно для обычного по нынешним временам проекта страничек этак на 200.

Допустим к вам в «грамотную избу» пришел новгородский купец с местного рынка и «стяжал» (заказчик = стяжатель) перевод ганзейских законов на русский язык. В то время из Новгорода и Пскова в Ливонию и Ганзу постоянно ездили русские купцы, которые часто влетали на деньги из-за незнания местных законов. Клиент разумно предположил, что дюжина таких кодексов законов на русском языке уйдет влёт, как горячие пирожки.

Начинаем прикидывать сколько нужно было всякой всячины для проекта.

Все начиналось с протографа — мастер-копии рукописной книги (т.е. оригинала, который принес заказчик).

По протографу можно было прикинуть следующие вещи: 
— количество, качество и сложность иллюстраций (следовательно, сколько нужно будет на проект художников);
— объем текста на перевод (следовательно, сколько нужно будет толмачей);
— объем текста на переписывание. Если бюро мелкое, то переписчики работали с пюпитрами или клали оригинал на стол, а сами писали на коленях. Если бюро покрупнее — то текст читают читчики, а под их читку пишут уже переписчики.
— шрифт (в зависимости от официальности рукопись пишут уставом, полууставом или скорописью. Устав самый размашистый шрифт, следовательно, на него потребуется больше пергамента. Кроме того, к уставу выше каллиграфические требования — следовательно, времени на переписывание нужно больше),
— количество рамок и линеек (иногда писцы работали по рамкам-шаблонам, чтобы буквы, строки и столбцы не прыгали; но чаще просто проводили линию по линейке, и по ней писали),
— объем заготавливаемых чернил и количество чернильниц (чернила готовили сами из коры деревьев, железа или золы),
— количество перьев (их регулярно подтачивали, так что они имели свойство кончаться);
— количество сухого песка (им присыпали написанный текст, потом сдували, так чернила сохли быстрее);
— количество пемзы (пемзой стирали ошибки в тексте, если писцы или переводчик были недостаточно грамотными, то пемза расходовалась хорошо);
— количество ниток, шил и ножей (ножи использовались для соскабливания ошибок вместо пемзы, для нарезания пергамента по формату и расшивания рукописей, а нитки и шила, соответственно, для их сшивания),
— и неочевидное – дрова (если проект приходился на зимнее время, то одним дыханьем исполнителей избу или келью не натопишь, а в нетопленой избе и пергамент может стать хрупким, и чернила могут замерзнуть).

Еще важный момент — следовало учитывать текущую обстановку с соседями и церковные праздники и обряды. Если обстановка была напряженной, то весь кадровый состав могли призвать в военный поход и было не до проекта. Церковные обряды и праздники игнорировать тоже было нельзя — а они в некоторые периоды (во время праздников) занимали приличное количество времени. Мало того, что это отнимало время от работы непосредственно, это отнимало и время косвенно — если писец работал с похмелья, у него могла дрожать рука и он мог наляпать ошибок, стирая которые можно было в итоге испортить пергамент.

Мне, к сожалению, не удалось найти никаких сведений о том, как оплачивалась работа исполнителей. Но мне попалась в такая цитата «наиболее одаренные из них просто уходили в монастыри, чтобы заниматься там своим делом без материальных забот».

14680731_1183649915048127_6104367563964763247_n

ВЫПОЛНЕНИЕ
Дальше уже шел более привычный нам процесс.

Итак, после того, как проект-менеджер (приказчик) прикидывал, сколько нужно было пергаментных полотен, их закупали, нарезали и складывали в нужные форматы. Такие сложенные пергаментные листы вкладывались друг в друга образуя тетрадь. Обычно тетрадь — это 4 сложенных вдвое листов пергамента, хотя были и более толстые тетради. Здесь нужно учитывать, что при складывании тетради учитывалась сторона пергамента. Шерстяные стороны были светлее, мясные — темнее. Пергамент укладывали так, чтобы целый разворот был либо темным, либо светлым. Так они и чередовались в тетради.

Далее, оригинал расшивался и разделялся на тетради. Тетрадное распределение труда прилично ускоряло работу (хотя и не без ущерба для однородности стиля перевода и текста в целом). Тетради раздавались по переводчикам, от переводчиков — исправителям (редакторы-корректоры), от них — художникам, от художников — читчикам, а те уже соответственно надиктовывали доставшиеся им тетради писчикам, писчики записывали тексты в предварительно оформленные художниками тетради. Скорость работы писцов была невелика: 0,5–5 страниц в день.

Потом в дело опять вступали исправители. Если исправитель замечал мелкую ошибку, которую не заметил писец, то исправитель подправлял ее пемзой или ножом. Как известно, писцы переговаривались во время работы, поэтому могли запросто пропустить слово или фразу. Такие ошибки пемзой уже не уберешь, и тогда пропущенный текст дописывали внизу или сбоку и стрелками показывали в каком месте был пропущен текст.

По окончании книгу могли красиво расшить, переплести и после этого выдавать клиенту.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Полагаю, что после такого небольшого и во многом утрированного экскурса в старину многим переводчикам (и вашему покорному слуге) текущие проектные хлопоты покажутся сущими пустяками.

С уважением,
Евгений Бартов,
Переводчик, копирайтер, маркетолог.

 

#архивы

Каким маркетинговым шампунем надо мыть двигатель продаж?

Сегодня слегка позанудствую на тему маркетинга.

Самый частый запрос в последнее время: «Женя, у нас встали колом продажи, посмотри наш лендинг».

Самый частый ответ: «Лендинг не при чём (хотя, и он немного виноват). Просто на вашем рынке расплодились конкуренты, и клиенты не знают кому верить. Если хотите, чтобы поверили вам, либо планируйте гастроли по офисам клиентов, либо давайте обсуждать контент-маркетинг».

Теперь по полкам, почему, я так считаю.
Я разделяю продукты на три категории, по классу решения проблем:


1. Примитивные («Яйки, млеко, куры»);
2. Обычные («Принтер, сканер, пылесос»);
3. Сложные («Без бутылки не разберешься»).

Примитивные продукты продвигаются через объявления в Avito и на подъездах, смски, уличные баннеры (Стиль — «Налетай, подешевело!»)

Обычные продукты — через лендинги, рассылки, холодные звонки (Стиль — «Я расскажу вам о новой колбасе без мяса»).

Сложные — через то же, что обычные + контент-маркетинг (Стиль — «Смотри, а вот так тоже можно! Делай как я или закажи у меня»).

Наверное есть суперсложные продукты, но с ними ко мне не обращались — не дорос, скорее всего. Впрочем, и по этим трём категориям скучать не дают. 

Пару слов скажу про инструмент, который для обычных продуктов крутоват, а для сложных — простоват. Это автоворонки, когда подписчика дожимают до покупки «китайской пыткой» — информирующими письмами каждые два-три-четыре дня. Бывает пытка проходит за пару недель, бывает за пару месяцев клиенту — кому как повезет. Мне этот инструмент не нравится, т.к. он про одноразовые отношения, а я романтик и люблю долгосрочно, в идеале на всю жизнь :).   

Итак, контент-маркетинг нужен, чтобы убедить, читателя в двух вещах:

1. Вам не пофиг на его проблемы;
2. Вы действительно умеете и хотите их решать (как до продажи, так и после).

 

Теперь, о важных свойствах контент-маркетинга.

Контент-маркетинг – это про полезный, понятный и интересный контент. В моем случае и в идеале – про «вечнозеленые» статьи (которые будут полезны и через 3 года после публикации). Именно по этой причине я всеми правдами и неправдами отмахиваюсь от хайпового и новостного контента. Хайп и новости — одноразовая и недешевая гадость. Гарантированное сжигание бюджета. В топке. Купюра за купюрой. Возможно, на большом трафике он эффективен, но если у клиентов большой трафик, я им даром не нужен. 

Контент-маркетинг – это про отношения, а не график публикаций (как убеждают большинство учебников, а я в своё время уши развесил). Вашим читателям пофигу, как часто вы будете публиковать свой контент – один раз в месяц или пять. Для читателя важно — чтобы вы не злоупотребляли его вниманием и не отвлекали унылой ерундой. Так что снова возвращаемся к теме вечнозеленого контента.

Контент-маркетинг хорошо работает в связке с продающим (да, я повторяюсь). В каком порядке, по моим наблюдениям, неважно: либо сначала читатель приходит на лендинг, и вы его потом убеждаете статьями — что вы тот, кто ему нужен, либо читатель сначала приходит на статью, а потом начинает интересоваться вашим предложением (и идёт на лендинг).

Качественный контент-маркетинг — инерционный. Сначала он требует нормальных усилий (вложений), потом на этой инерции несколько лет приносит трафик.  Именно качественный контент подхватывает сарафанное радио – он хорошо запоминается, и его проще пересказывать. Следовательно, сарафанное радио можно масштабировать.

Ещё раз повторюсь, что контент-маркетинг обязательно должен быть и полезным, и понятным, и интересным — поясню почему:

1. Полезный,  чтобы его хорошо запомнили и потом пользовались, как руководством к действию. 
2. Понятный, чтобы было понятно, о чём пишут и зачем. 
3. Интересный, чтобы его дочитывали до конца (как вариант, лаконичный контент, но такой ещё сложнее писать)


Важно! Если контент неинтересен — польза и понятность теряют смысл. Его никто не будет читать, а значит не узнает о том, как он был божественно полезен. Он сразу получается мертворожденным. Продвигать такой – себе дороже (верьте мне, я такого барахла много нагенерил пока учился, следовательно, много похоронил своих денег на его продвижение).

Пара слов о грустном.

Контент-маркетинг, увы, подходит не всем.

Те, кто следит за моей лентой видели, что ко мне обращался некоторое время назад клиент, у которого бизнес по растаможке и доставке контейнерных грузов (от двери какого-нибудь завода в Гуанчжоу до дверей завода в Перми).

Ему бы идеально подошла связка продающий маркетинг + контент-маркетинг, но… в его бизнесе дофига деликатных и конфиденциальных моментов. А генерить унылый кал на тему «мы доставили очередной груз Васе П., похлопайте нам в ладоши» — …. Вы сами-то такой читаете? Вот и наши читатели не будут  (С этим клиентом мы вроде нашли вариантик продвижения, но рассказывать о нём еще преждевременно, обкатываем). Впрочем, это исключение. 



Выводы.

Когда зовёте кого-нибудь посмотреть под капот своего бизнеса, будьте морально готовы, что в ответ на вопрос «Каким шампунем надо мыть двигатель от Запорожца, чтобы мой лайнер взлетел?», вам предложат заменить двигатель. Я как смог, объяснил — почему. 

Такой разный проект-менеджмент… или сказ о том, как снижать бюджеты на перевод без демпинга

2006 год

Дедуля — «божий одуванчик» перелистнул очередную, кажется, десятую страницу моего перевода, закрыл папку, откинулся на спинку, ткнул в меня своим взглядом сквозь толстые очки и замер. «Неужели я с переводом облажался?» — затосковал я, пялясь на 200-страничный шедевр, над которым я честно пыхтел последние 3 недели. 

 

Это были 3 недели жужжания над ухом: «Женя, это архиважный проект, бизнес-план по разработке кварцевого месторождения, придет канадец, серьёзный инвестор, перевод должен быть тип-топ». И вот эта «акула бизнеса» передо мной. Нда, не так я её себе представлял.

 

«Прошу прощения, — прервал возникшую в кабинете паузу “божий одуванчик” — Зачем вы так много перевели? вы ещё кому-то хотите показать этот документ?»

Я покосился на заказчика, и тот заёрзал: «Мы перевели всё, чтобы вы смогли полностью оценить перспективность проекта».

Дедуля покачал головой: «Тогда не стоило так мучать переводчика. Мне хватило бы первых 5 страниц, там, где про деньги и ROI. Про технологию обработки кварца мне не надо, я там ничего не понимаю».

 

2016 год

— … мы посмотрели Ваши документы, там получилось 120 учетных страниц. Наша работа будет стоить 115 ракушек.

— Ого, я думал уложусь в 10-15 ракушек.

— Ну, такую скидку мы вряд ли сможем дать. Скажите, а для каких задач нужен перевод?

— Да, у меня дочь в европейский гуманитарный вуз поступает. Вот, хотелось бы понять, что это за вуз, хороший ли, какой факультет больше подойдет.

— Извините, не понял. Вы действительно собрались читать все 120 страниц сухой информации?

— Ну, в любом случае, нужно понять, что там есть и с чем это едят.

— Я, кажется, понимаю о чём вы. Смотрите, давайте подумаем над таким вектором решения. Мы разобьем нашу работу на этапы — сначала переведем заголовки, дадим к каждому пункту описание на пару предложений. У вас появится понимание о том, чем занимается каждый факультет. А дальше вы уже, по переводу заголовков определитесь с главам, которые нужно будет полноценно перевести.

— А так тоже можно?   

— Не вижу препятствий. Во всяком случае, я мог бы подготовить такие выдержки из документа на перевод, а дальше уже дело техники. Либо могу потратить какое-то время, чтобы четко обозначить инструкции для переводчика, и переводчик справится. Учитывая, что вас в конечном итоге скорее всего заинтересует 2-3 факультета, а описание каждого из них, как я вижу из брошюры, 1-2 странички, вы вполне можете вписаться в бюджет.
Или вот такой вариант, только что подумал о нём. Вы можете прогнать свой буклет через гуглопереводчик. По полученному наброску текста вы сможете определиться со списком глав, которым нужен человеческий перевод.

— Я с гуглопереводчиком не очень дружу, тем более я вам прислал PDF. Вы можете это сделать?  

— Можем, но, учитывая, что мы затратим какое-то время, это будет небесплатно. Тарифицировать будем из расчёта 1 ракушка в час. За час, думаю, уложимся.  

— Вот с гуглопереводчиком мне идея нравится. Давайте начинать.

Через 3 часа заказ был у клиента. 

Через 2 дня нам заказали перевод 4 разделов.

Итоги:

— клиент уложился в бюджет (работа обошлась в 9 ракушек: 1 час работы ПМа + 8 страниц текста),
— бюро извлекло прибыль (хотя, были все предпосылки отказаться от проекта).

—————

Рекомендации по итогам:

  1. Не бойтесь задавать клиенту вопросы: чем больше правильных вопросов зададите, тем больше вводных данных получите и тем органичнее вы впишетесь в процессы клиента. Если выяснится, что ваши услуги клиенту на самом деле не нужны, не бойтесь ему сказать об этом и объяснить почему — после таких ситуаций клиент станет вашим евангелистом и приведет еще клиентов, которым действительно будут нужны ваши услуги. Не жадничайте.
  2. Выясняйте потребности клиента, а не требования к проекту. Это позволит вам избежать ненужных поручений, и быстрее прийти к реальной цели (нередко клиенту важнее получить проект, пусть с ошибками, но утром, чем вылизанный, но вечером, потому, что утром у него деловая встреча, а вечером уже самолет).
  3. Помните правило Эйнштейна (хотя, не уверен, что он автор): «Если мне нужно решить проблему за час, 40 минут я потрачу на её изучение, 20 — на поиск решения». 
  4. Если почувствуете, что клиента настораживают, а то и напрягают Ваши вопросы — прервите допрос и разъясните, какое значение для проекта имеют несколько последних вопросов. Это снимет напряжение, придаст вам убедительности в глазах клиента, и вы сможете продолжить сбор данных. 
  5. Всегда выбирайте вариант «win-win или не связываться»: т.е. либо вы берете проект так, чтобы выигрывал и клиент (он вписывается в запланированный бюджет и сроки), и ваша команда (получаете прибыль, не демпингуя и не выкручивая тарифами руки исполнителям); либо не берете вообще.
    Мысль, вроде бы очевидная, но в переговорах часто забываемая (подробнее читайте о ней в книге С. Кови «7 навыков высокоэффективных людей»)

 

Устраивайте охоту за проблемами своих клиентов.
Ищите нестандартные решения.
Успехов вам в этом нелегком, но по-настоящему полезном деле.

 

С уважением,
Евгений Бартов,

руководитель ГК «Альянс ПРО»,
переводчик, копирайтер, маркетолог.

От копирайтера с любовью или инструкция по его использованию

Представьте, что вы решили покрасить стену в квартире и нашли маляра, неважно — по рекомендациям или по объявлениям.

Одна беда – вы не совсем представляете, чего хотите. То ли красную стену в полоску, то ли синюю в крапинку. С другой стороны, у вас же чудо-мастер есть, вот пусть он и ломает голову.

Вы смело командуете: «Пусть всё будет красиво», тот отвечает «Слушаюсь и повинуюсь», далее берет кисть в одну руку, ведро с краской в другую и пошёл красить.

 

Представляете? Думаю, нет.

 

Потому, что, как минимум, цвет вы согласуете. Обговорите с мастером хотя бы основные моменты, узнаете, какую краску он будет использовать, а, возможно, и сами её приобретёте.

Но то маляры, у них сложная работа. То ли дело — копирайтеры. Поймите меня правильно, я люблю своих клиентов, уважаю и очень ценю. Без них у меня ни хлеба, ни масла, не говоря об икорке, но иногда так трудно убедить их выбрать хотя бы цвет.

 

— Ну, ты там это… Чтобы не хуже, чем у конкурентов. Да, и «ключей», «ключей» побольше.

В этом задании «прекрасно» всё. Начать с того, что оно очень «конкретно» …. было бы, занимайся клиент продажей луноходов. Ведь тогда его конкурентов по пальцам пересчитать, и сделать не хуже, чем у тех двоих, совсем не трудно.

 

Но тут как назло продавец окон – у него в сети триллион «коллег»: на кого ориентироваться? К какому идеалу стремиться?

 

Про ключи даже говорить не хочется. Ау, ребята! 2018 год на дворе. Серьёзно верите, что поисковики так просто обмануть? Нет, мне не сложно посмотреть, какие запросы пользователи чаще всего задают. Я легко «нашпигую» ими текст, как рождественского гуся яблоками, но, боюсь, веб-мастера забьют меня палками. Испугаются конкуренции.

 

На самом деле, копирайтер ни разу не они. У них своя работа, у нас своя. Обычно совместная. Иногда нет. Но разная. Как сделать красиво, я знаю. Как сделать, чтобы продавалось – тоже. А как вывести сайт в топ поисковиков, нет. Увы. Иначе жила бы в Сочи. С таким-то «прикупом».

 

Впрочем, если заказчику всё равно, что у него будет «висеть» на сайте (в группе, на странице в ФБ), то и ладно. Но ведь обычно ему не всё равно! Только выясняется это часто пост-фактум.

А ведь ты терзал его вопросами, высылал опросник на пятнадцати листах, но вначале было «Чтобы не хуже, чем у конкурентов», а потом «укажи, что мою прабабушку звали Аглая Степановна, а прадед был донской казак. Ну, и что, что я не говорил – могла бы и сама узнать».

Обиды, недопонимание, и время, которое деньги. А ведь сэкономить его нетрудно. Достаточно ответить на вопросы исполнителя, если он их задает. А если нет? Я бы, конечно, бежала от такого, как от огня, но, с другой стороны, может он победитель «Битвы экстрасенсов». Хотя… Нет, все равно бы бежала.

Работа с копирайтером может быть приятной и эффективной, если вы будете:

1.Четко формулировать свои требования.

Не каждый, собравшись «красить стену», станет постоянным посетителем дизайнерских сайтов. Это и не нужно, ведь есть же специалисты. Поэтому совсем не обязательно вникать в тонкости написания текстов, пытаться понять, в чём отличие продающих от продвигающих, и что такое сторителлинг. Но перед тем, как сказать «Поехали!», нужно хотя бы утвердить проект.

2. В хороший результат придётся вложиться временем.

Недавно меня занесло в кондитеры. Теперь я знаю, что такое темпирование шоколада, чем итальянская меренга отличается от французской, и какая рабочая температура у агар-агара. Но я прекрасно понимаю, что копирайтер, от этой кухни далекий, подобной терминологией может не владеть. И это нормально! Конечно, он может найти её в сети. Но сумеет ли он описать нюансы именно моего кулинарного творчества? Получится ли у него рассказать (не получив информации от меня), какой лопаточкой я мешаю карамель, какие формы (силиконовые или металлические) мне особенно нравятся, делаю ли я всё вручную или пользуюсь кухонным комбайном. И вот представьте, что я поручила кому-то описать свою деятельность, но не дала никакой информации об этих нюансах. Мол, ищите в сети. Вправе ли я возмущаться, если исполнитель напишет, что для приготовления маршмеллоу нужен глюкозный сироп, когда я использую только инвертный?

 

 

В любой работе есть множество тонкостей, «фишечек», нюансов, которые обязательно нужно указывать. Иначе написанный текст превратился в безликое унылое нечто, которое можно смело ставить на любой сайт. Главное название компании поменять. Ну, вы наверняка много такого видели из серии «большой опыт работы и самый квалифицированный персонал».

А ведь с нами, копирайтерами, так приятно беседовать :). И делать это можно разными способами. С некоторыми клиентами я обмениваюсь голосовыми сообщениями, других «терзаю» по телефону, третьи предпочитают скайп, четвертые… Впрочем, неважно. Совсем не обязательно составлять письменное ТЗ, если у вас аллергия на складывание букв в слова. Просто расскажите копирайтеру то, что может помочь в выполнении заказа. Ответьте на его вопросы. Он сделает всё остальное. Помните – хороший текст любит конкретику, отличный – обожает детали. Чем точнее они переданы, тем профессиональнее вы выглядите, тем больше шансов на успех у сайта или страницы в ФБ.

3. «Пробник» желателен.

Он и автору всегда на руку. Очень обидно бывает сточить тонну гусиных перьев, израсходовав цистерну чернил и получить в итоге «Всё не то! Переделать!». Это у Гоголя рука поднялась свой труд сжечь, копирайтеры – народ простой, им после каждого такого заявления хочется харакири сделать. Не всегда себе :).

4. Работу лучше принимать поэтапно.

Если заказ большой, лучше разбить его минимум на три части, договорившись, что копирайтер приступит к работе над следующей только после принятия предыдущей. Даже если вам очень понравился «пробный» текст, по ходу пьесы концепция может измениться. Может оказаться, что выбранное в начале направление ведёт не туда. И менять его лучше до того, как будет написано 100 тыс. знаков.

5. Главное.

Не пугайтесь лавины вопросов исполнителя. Они нормальны и естественны. Они вовсе не свидетельствуют о непрофессионализме. Наоборот. Чем лучше автор, тем глубже он погружается в материал, тем больше подробностей хочет узнать о том, о чём пишет. Если же вам некогда, и вы все же отправляете его в сеть, то хотя бы укажите конкретное направление: накидайте ссылок на сайты, которые вам нравятся, покажите материалы, на которые следует ориентироваться. И будет всем нам счастье!

 

С уважением,
копирайтер Студии, писатель,
Башкова Елена

Не англоносителем единым…

— Сколько-сколько? 100 евро за просмотр 2 страничек? Мы же не откопирайтить и не перевести с нуля их просим, просто посмотрите наш перевод и озвучьте пару-тройку рекомендаций по стилю. Это возможно? 

— Извините, но мне некогда заниматься… как это по-русски? Ерундой? Да! Я должен зарабатывать 300 евро в день, иначе нет смысла заниматься этим бизнесом.

 

«Ещё один пруфридер отвалился»  — сделали мы пометку. Уже пятый. Ещё опросим трёх и, похоже, придётся объявлять новый набор пруфридеров или как-то еще выкручиваться.
Но обо всём по порядку.

 

Когда в 2014 году рубль начал свой крутой вираж, словно по американской горке вниз, а евро с долларом – вверх, русскоязычные переводчики одними из первых ощутили изменения — тарифы коллег из капстран стали для многих российских бизнесов неподъёмными; и в нашем бюро начал ощутимо нарастать портфель заказов на русско-английский маркетинговый перевод неносителями (читай: русскими переводчиками). В какой-то момент возникло ощущение, что всем мало-мальски окрепшим бизнесам вдруг резко стало душно на российском рынке и они побежали покорять зарубежные.

 

Когда мы решали проблему поиска русско-английских переводчиков, выяснилось, что примерно каждый восьмой переводчик с этой языковой парой желает переводить на английский язык, и только каждый двадцатый из них может делать это нормально, то есть так, чтобы через английский текст не просвечивали трусы русской грамматики.

Мы пошли ещё дальше: с 2013 мы активно внедряли ильяховский инфостиль на стадии предпереводческой переработки русского исходника, и вся канцеляритная шелуха в английский текст просто не попадала (не все коллеги-переводчики одобряли наши методы – да и сейчас не жалуют, но нам оно без надобности) – клиентам нравилось, и это главное.

 

Итак, переводчиков для такой переработки не хватало, и мы, как могли, пытались подружить спрос на наш перевод с предложением — «прокачивали» переводчиков, добирали и инструктировали новых, подыскивали неленивых (увы, это редкость) англоязычных пруфридеров. Когда последние стали выкручивать нам руки тарифами, начали искать новые альтернативы — выбор пал на автоматизированные сервисы. О них и пойдёт речь.

 

Сервис Grammarly

Конечно, на слуху у меня был сервис Grammarly — его баннеры мне разве что только по ночам не снились. Поэтому, когда пришёл очередной текст на язык, я решил попробовать его в деле: после перевода закинул его в Grammarly.

Сервис бесплатно поправил мне только орфографию и пунктуацию, но я это и в MS Word  могу получить. От Grammarly же мне нужен был стилистический анализ. Мне хотелось понять, можно ли писать «dedication to the smallest details” или лучше «dedication to the finest detail”. Или, например, как лучше ”we grasp things at once“ или ”we are quick learners“? На эти вопросы бесплатно Grammarly не отвечал, и, в надежде на ответы, я купил доступ на 3 месяца.

 

Платный Grammarly дал долгожданные стилистические рекомендации, я сдал клиенту работу и на радостях побежал в наш корпоративный чат:
«Коллеги, я купил 3-месячный доступ в grammarly, вроде говорят приличный сервис, который помогает вычищать русско-английские переводы от глупостей и помогает обогащать слог. Если кто-то переводит у нас заказы на язык, могу дать погонять.. глядишь, может и носителей лишний раз таскать не надо в проект, возможно, где-то себе больше оставите…»

 

Первой вызвалась «погонять» сервис Екатерина Кривокора, руководитель отдела юр.переводов. Мы долго выплясывали танцы с бубнами, комусом и чётками вокруг учётки Grammarly, но Катерина так и не смогла в неё попасть: Grammarly хорошо зацепился за мою гуглоучётку.

— Катя, а давай мне текст свой, я посмотрю через Grammarly. Если там пара страничек, то я его тогда сразу и поправлю по рекомендациям.
— Хорошо, поправь. Вообще я раньше другим сервисом, Hemingwayapp, пользовалась, хотела сравнить. Он бесплатный.
— Ну я тогда и сравню.

И сравнил (cм. скриншоты).

Сервис «Hemingway»

После такого сравнения возникло неприятное чувство, что тебя поимели – ты заплатил за сервис, который оказался хуже бесплатного.
Эта несправедливость вынудила меня поискать ещё сервисы, аналогичные Hemingway – и вот я на страничке https://alternativeto.net/software/hemingway-editor/, где перечислены все сколь-нибудь значимые альтернативы HemingwayApp.

Я решил перепробовать их все, но, увы, интересных оказалось немного.
Приведу самые запомнившиеся.

Вот, например, скриншот сервиса After the Deadline:

На мой скромный взгляд, уровень вполне сопоставимый с качеством проверки от Grammarly. Но заметьте – БЕСПЛАТНО!

 

А вот ещё один сервис, чуть нагляднее, но такой же по уровню рекомендаций — Editsaurus. Опять же — БЕСПЛАТНО!

Сервис ProWritingAid

И, наконец, самый сильный сервис, увы, платный, но, на мой скромный взгляд – он того стоит. Это сервис для профессиональных писателей – ProWritingAid (я очень часто читал их блог, когда мечтал стать писателем, потом отписался, и вот мы снова встретились, но уже через переводческую стезю):

 

Обратите внимание на качество рекомендаций:

— нашёл повторные начала предложений;
— нашёл нежелательное наречие (rarely);
— не обнаружил эмоциональных высказываний (для копирайтинга и маркетинга – это важный момент);
— молчу про пассивные конструкции – их находил каждый сервис.

Кроме того, он предложил as well as упростить до and — приятное и логичное предложение, которое реально облегчает читабельность, ни один сервис этого не предлагал.

 

По стоимости подписки ProWritingAid тоже весьма приятен (окупится точно быстро), не буду вдаваться в подробности – можете посмотреть у них на сайте, но пожизненную лицензию можно купить за 175 долларов, а у Grammarly за 175 долларов вы купите только подписку на год (45 баксов останется сдачи).

 

Разумеется, никакой даже самый крутой сервис не заменит вам живого и трудолюбивого пруфридера, но увы трудолюбивых пруфридеров я встречал мало, а потому, если вам нужно читабельно (или хотя бы непозорно) перевести какие-то материалы на язык для себя или для ваших клиентов — вы теперь знаете, что делать.

 

С уважением,
Евгений Бартов,
Руководитель ГК «Альянс ПРО»,
маркетолог, копирайтер, переводчик.